Как рост тарифов меняет семейный бюджет, зачем государство продаёт часть Совкомфлота, почему IKEA не уволила 8 500 сотрудников после автоматизации и как дорогая логистика доходит до цены энергии.
Почему топливо может поднять тарифы Ryanair, что означает российский PMI 49,9, как переговоры обрушили нефть на 6% и кто строит коммерческую станцию после МКС.
ОПЕК+ сохранила декабрьские цели, Южная Корея почти удвоила экспорт, Германия вошла в зиму с хранилищами на 61%, а Binance поэтапно возвращает вывод средств.
Российские застройщики сталкиваются с дорогим долгом, рынок требует отдачи от AI-инвестиций, а золото падает вместе с акциями. Четыре события, которые объясняют, как меняются риски для покупателей и инвесторов.
Четыре события дня: как Россия балансирует внутренний рынок топлива и экспорт, зачем Microsoft снова вышла на рынок облигаций, что меняется в Starbucks и почему разделение Primark само по себе не гарантирует роста.
Четыре денежных механизма дня: восстановление нефтепереработки, борьба за связь со спутника, защита бренда на российском рынке и пределы концентрации в продуктовых категориях.
Что меняет конечную цену российской нефти, зачем основателям Ben & Jerry’s доля сотрудников и почему крупнейший производитель газа в США покупает конкурента.